Деревенька с названием "Вражье гнездо"

   Деревня Покровка начала существование с 1889 г., а получила свое название в 1890 г.

   Первыми поселенцами были белорусы и русские. Сначала побывали ходоки, облюбовали Букаревскую заимку. Пускали верховые пожары по кедрачу и сосняку. Корчевали пни, пахали землю, рубили избы.

   14 октября 1890 г. было закончено строительство первой избы. Перед холодной сибирской зимой дйя: жителей это был праздник, он совпал с великим русским праздником - Покровом, в честь которого деревня и получила свое название, которое не менялось до самого ее исчезновения.

   Первыми поселенцами Покровки были братья Николай и Петр Крюковы, Антон Цыбуков, Александр Михаль, которые умели плотничать, завели лошадей, скотину.

   Время шло, Покровка разрасталась. Как и следовало ожидать, первые годы жизни в еще необустроенной деревеньке были трудны. Но несмотря на это, приезжали все новые и новые люди, и к 1893 г. количество покровцев составило 204 человека. Основными занятиями было земледелие, держали коров, свиней, лошадей, занимались пчеловодством. Работать приходилось много, зато недостатка ни в еде, ни в одежде не было. С 1913 по 1916 гг. в Покровке наблюдался сельскохозяйственный подъем. Земли было много, хозяйствовали умело, жили большими семьями, зажиточно. Из Покровки не уезжал никто - только девчат отдавали замуж в соседние села.

   После Великой Октябрьской революции, как, впрочем, многим в то время, жить покровцам стало хуже. Еще в годы гражданской войны в деревне были как «белые», так и «красные». Е. Груздева, жительница деревни, вспоминает: «Когда «белые» проходили через Покровку, то непременно обнаруживалось несколько человек убитыми, по подозрению в том, что они были «красными». »

   В начале 30-х годов стали появляться в районе первые колхозы. С упрямой недоверчивостью следили покровцы за тем, как по соседству, в д. Вознесенке, Павловке, самые захудалые бедняки, а значит, по сибирским меркам, лодыри и пьянчужки, принялись верховодить над работящими хозяевами. Как отбирали у них землю, скот, бороны - чтобы все разделить на всех поровну. А за теми, кто противился, скоренько приезжали из района и уговорами, и угрозами заставляли идти в колхоз. Но отказались почти все.

   Определив Покровку как «кулацкий очаг» власти поступили просто. Из воспоминаний старожила Цыбукова ЯковаВ хозяйстве было два коня, кобылица жеребенок, три коровы, шесть овец. Оставили на многодетную семью лошаденку и корову и обложили данью: 600 литров молока сдавать даром на молоканку. В разгар лета, когда хлеб на корню, потребовали от отца сдать 10 центнеров в 3-х дневный срок. Дней через 10 за отцом приехали двое из района, увезли, осудили на 2 года за саботаж. Огороды у людей были большие, но отведать своих овощей не приходилось. В любое время суток могли приехать сборщики налогов и забрать все продукты, даже засоленные на зиму огурцы, мясо, яйца, молоко, масло - все сдавалось под налог, который был непомерно большим.»

   И все равно не сдавалась Покровка, которую именовали в районе «вражьим гнездом». Обида, попранное крестьянское достоинство, неверие в советские посулы сделали покровских жителей глухими ко всеусиливающейся агитации за колхоз. Люди стали искать работу на стороне. Нанимались по колхозам заготавливать сено, пилить дрова.

   Живучесть врагов раздражала районное начальство. Часто в Покровку наведывались прокурор, председатель сельского совета и показательно наказывали особо упорных врагов колхозного строя. Иногда даже было так, что выплатит человек весь налог, но приедут сборщики и могут забрать все остальное. Люди работали только на налоги, у колхозников они были в 2 раза меньше, чем у частников. В период коллективизации за нежелание идти в колхоз многих мужчин сослали на принудительные работы. На плечи женщин и детей легла двойная тяжесть.

   Началась война. Мужчин с принудительных работ зачисляли в штрафные батальоны, где выживали лишь единицы. Между тем в деревне старики и дети умирали от голода.

   После войны в Покровке осталось 45 дворов. Вернувшиеся с фронта убедились, что даже пролитая за Отечество кровь не смыла с покровцев клейма враги народа. Ни инвалидам войны, ни солдатским вдовам пощады не было. Налоги на единоличников стали еще больше. Семья Цыбуковых из 7 человек имела одну корову, но должна была платить 2500 рублей сельхозналога, 40 - самообложения, 103 - страховки, сверх этого должны были сдавать 520 литров молока, 7 центнеров картошки, 92 кг мяса, 130 штук яиц... Не сдашь - обыски, изъятия. Многие годы после войны люди были полуголодные, рано умирали.

   Вокруг деревни множились пустыри, заросшие крапивой, которая и кормила покровских: шла крапива и в щи, и в лепешки, а также лебеда, подорожник, осот, дудки. Но на брошенные земли посягать не имели права.

   Из воспоминаний старожила Артема Крюкова: «В 1951 г. власти, томясь гневным бессилием, попробовали достать покровских с другого конца: отобрали полагающийся каждому единоличнику гектар земли, который был за 7-8 километров от деревни по редколесью и по кустам. Попробуй вырасти там картофель, да принеси его потом оттуда. Оставили на семью 15 соток. Вздохнули тогда в райцентре, что Покровке теперь не выжить. Зачастил председатель колхоза из соседней Вознесенки с приглашениями к ним в колхоз. Может, кто и дрогнул бы, но сам колхоз дышал на ладан. После смерти Сталина сельхозналог скостили. Деревня вздохнула, решив, что теперь-то начнется хорошая жизнь! Рановато, однако, радовались. При Хрущеве Советская власть ухватила своих врагов за самое больное: закрыла в Покровке начальную школу. Размещалась она в большой избе Тутуновых. Детей было достаточно даже для двух учителей. Теперь отдавай детей в интернат или в школу за несколько километров. Многие родители отказались от такого предложения. Таких родителей на административной комиссии райисполкома лишали родительских прав через суд

   И все-таки в 60-е г. у Покровки появились шансы выжить и остаться многолюдной деревней. С укреплением колхозов на центральных усадьбах началось строительство контор, ферм. Можно было теперь покровским плотникам заработать на жизнь, не блуждая по Сибири. Заодно и сами стали строиться. Появились в деревни новые срубы, сыграли несколько свадеб. Кое-кто из молодых мужиков нанялся работать в Нагорном колхозе Тарского района. Взяли их там с великим желанием. Но тут вмешался Седельниковский РК КПСС:  «Как смеете вражью силу подкармливать?.» Угроза обрушилась на г. Тару, немилость секретаря обкома КПСС подействовала: от покровских отказались. Стали они плотничать поодиночке, где придется. Пока не грянул Указ по борьбе с тунеядством. Тотчас принялись описывать у плотников дома, а самих  «тунеядцев» отправлять на Ангару, на лесозаготовки для Братской ГЭС. Домой вернулись единицы.

   К началу 70-ых годов Покровка зметно опустела. Молодежь разъезжалась кто куда. Женщины собирали березовый сок, грибы, ягоды, драли ивовую кору и сдавали ее. На одежду денег не было, сеяли лен, мяли, ткали полотно на рубашки, на портки, красили дубовой корой. Плели лапти - другой обуви не было. Спасали коровенки, но скоро и выпасы у покровских обрезали. Отобранные земли заросли частым березняком. Ближайший к Покровке колхоз «Путь к коммунизму» запустил свои поля и луга, силы не хватало выкашивать травы. Но стоило кому из покровских тайком накосить копну где-нибудь на опушке, как сразу же доброхоты из соседних деревень открывали властям глаза на бесчинства обнаглевших единоличников. Случалось, трактором давили картошку в «незаконном» месте, с грязью смешивали копны сена. Над Покровскими злорадно потешались не только чиновники, но даже простые колхозники. «Относились к нам, как к прокаженным. Отнять у нас что-либо считалось за доблесть», - рассказывает Николай Михаль.

   Во время предвыборной кампании вокруг Покровки начиналась нервная суета. Райкому позарез требовался положенный процент единодушия, а голосовать Покровка отказывалась наотрез. Из-за этого слетел с должности секретарь райкома И. Ягодка.

   Всю жизнь свою промаялись они не видя ни электричества, ни газет не слыша радио, не зная всего, чем жил мир. И если была у покровских в чем-то твердая убежденность, так родилась она еще в 30-ые годы и сохранилась по сей день. Лодырничать на земле под колхозным кнутом - срамота и грех для порядочного крестьянина. Нельзя не заметить, что покровцы были очень религиозны, порой даже сишком. Они знали все религиозные праздники, обычаи и традиции, соблюдали все посты. Своих детей учили в церковь не ходить, потому что попы заповедей божьих не соблюдают и живут больше светской жизнью. И все же, несмотря на то, что жилось трудно, люди умели веселиться. Воспоминает Николай Михаль: «На окраине деревни когда-то была качель, возле которой вечером собиралась молодежь, пели песни, танцевали, к забавам относились с воодушевлением.»

   К 1991 г. в Покровке оставалось 5 изб, к 1999 г. всего три, а 15 июня 2005 г. умер последний житель Покровки Яков Цыбуков. Его жену забрали дети к себе на жительство. Покровка перестала существовать...

 

---------------------------------------------------------------------------------

При написании использованы воспоминания бывших жителей Покровки Груздевой Екатерины Степановны, Крюкова Артема Степановича, Михаля Николая Ивановича, Цыбукова Якова Антоновича.

 


Комментарии
Добавлено 2011-02-05 15:25:52
Александра, у Вас в статье небольшая неувязочка... Не Антон Цыбуков был первым поселенцем в Покровке, а скорее его отец Цыбуков Селиверст. Антону Селиверстовичу на то время было всего год, так как он родился в 1888 году. А вообщем, за статью спасибо!

 Покровка

Добавлено AAP 11 лет назад

Посмотреть на карте

 Популярные точки района

Седельниково (Материалов: 79)

Юртуйск (Материалов: 34)

Усть-Инцы (Материалов: 6)

Эстонка (Материалов: 4)

Кейзес (Материалов: 3)

Кукарка (Материалов: 1)

Унара (Материалов: 1)

Елизарово (Материалов: 1)

Новоуйка (Материалов: 1)

Покровка (Материалов: 1)

 ТАКЖЕ МОЖНО ПОСМОТРЕТЬ:

0 комментариев | Автор: queems

0 комментариев | Автор: irtish1

0 комментариев | Автор: LPS

1 комментарий | Автор: nata_li

0 комментариев | Автор: Lud

 

Омск - создание сайтов